Неточные совпадения
В продолжение немногих минут они вероятно бы разговорились и хорошо познакомились между собою, потому что уже начало было сделано, и оба почти в одно и то же время изъявили удовольствие, что пыль
по дороге была совершенно прибита вчерашним дождем и теперь
ехать и прохладно и приятно, как вошел чернявый его товарищ, сбросив с головы на стол картуз свой, молодцевато взъерошив рукой свои черные густые волосы.
— Что, мошенник,
по какой
дороге ты
едешь? — сказал Чичиков.
— Но все, извините-с, я не могу понять, как же быть без
дороги; как идти не
по дороге; как
ехать, когда нет земли под ногами; как плыть, когда челн не на воде?
Перед ним стояла не одна губернаторша: она держала под руку молоденькую шестнадцатилетнюю девушку, свеженькую блондинку с тоненькими и стройными чертами лица, с остреньким подбородком, с очаровательно круглившимся овалом лица, какое художник взял бы в образец для Мадонны и какое только редким случаем попадается на Руси, где любит все оказаться в широком размере, всё что ни есть: и горы и леса и степи, и лица и губы и ноги; ту самую блондинку, которую он встретил на
дороге,
ехавши от Ноздрева, когда,
по глупости кучеров или лошадей, их экипажи так странно столкнулись, перепутавшись упряжью, и дядя Митяй с дядею Миняем взялись распутывать дело.
Не доезжая слободки, я повернул направо
по ущелью. Вид человека был бы мне тягостен: я хотел быть один. Бросив поводья и опустив голову на грудь, я
ехал долго, наконец очутился в месте, мне вовсе не знакомом; я повернул коня назад и стал отыскивать
дорогу; уж солнце садилось, когда я подъехал к Кисловодску, измученный, на измученной лошади.
«В неделю, скажет, набросать подробную инструкцию поверенному и отправить его в деревню, Обломовку заложить, прикупить земли, послать план построек, квартиру сдать, взять паспорт и
ехать на полгода за границу, сбыть лишний жир, сбросить тяжесть, освежить душу тем воздухом, о котором мечтал некогда с другом, пожить без халата, без Захара и Тарантьева, надевать самому чулки и снимать с себя сапоги, спать только ночью,
ехать, куда все
едут,
по железным
дорогам, на пароходах, потом…
— Иначе ведь самому надо
ехать, — сказал Обломов, — мне бы, признаться, этого не хотелось. Я совсем отвык ездить
по дорогам, особенно зимой… никогда даже не езжал.
Сей день путешествие мое было неудачно; лошади были худы, выпрягались поминутно; наконец, спускаяся с небольшой горы, ось у кибитки переломилась, и я далее
ехать не мог. — Пешком ходить мне в привычку. Взяв посошок, отправился я вперед к почтовому стану. Но прогулка
по большой
дороге не очень приятна для петербургского жителя, не похожа на гулянье в Летнем саду или в Баба, скоро она меня утомила, и я принужден был сесть.
— Потому, что
ехать Бог знает куда,
по каким
дорогам, гостиницам. Ты стеснять меня будешь, — говорил Левин, стараясь быть хладнокровным.
Только первое время, пока карета выезжала из ворот клуба, Левин продолжал испытывать впечатление клубного покоя, удовольствия и несомненной приличности окружающего; но как только карета выехала на улицу и он почувствовал качку экипажа
по неровной
дороге, услыхал сердитый крик встречного извозчика, увидел при неярком освещении красную вывеску кабака и лавочки, впечатление это разрушилось, и он начал обдумывать свои поступки и спросил себя, хорошо ли он делает, что
едет к Анне.
Пожимаясь от холода, Левин быстро шел, глядя на землю. «Это что? кто-то
едет», подумал он, услыхав бубенцы, и поднял голову. В сорока шагах от него, ему навстречу,
по той большой дороге-муравке,
по которой он шел,
ехала четверней карета с важами. Дышловые лошади жались от колей на дышло, но ловкий ямщик, боком сидевший на козлах, держал дышлом
по колее, так что колеса бежали
по гладкому.
Она смутно решила себе в числе тех планов, которые приходили ей в голову, и то, что после того, что произойдет там на станции или в именьи графини, она
поедет по Нижегородской
дороге до первого города и останется там.
— Сами
едут! Вон они! — прокричал мужик. — Вишь, заваливают! — проговорил он, указывая на четверых верховых и двух в шарабане, ехавших
по дороге.
И живет-то купец
по простоте, по-русскому, по-нашинскому:
поедешь с ним в
дорогу — он пьет чай, и ты пей чай; что он кушает, то и ты кушай.
Дорогой он
ехал больше шагом, враскачку, глядел
по сторонам, покуривал табак из коротенького чубучка и ни о чем не размышлял; разве возьмет да подумает про себя: «Чертопхановы чего захотят — уж добьются! шалишь!» — и ухмыльнется; ну, а с прибытием домой пошла статья другая.
Не весело также переправляться через животрепещущие мостики, спускаться в овраги, перебираться вброд через болотистые ручьи; не весело
ехать, целые сутки
ехать по зеленоватому морю больших
дорог или, чего Боже сохрани, загрязнуть на несколько часов перед пестрым верстовым столбом с цифрами: 22 на одной стороне и 23 на другой; не весело
по неделям питаться яйцами, молоком и хваленым ржаным хлебом…
Ямщик, который вез его, сказывал, что во всю
дорогу Дуня плакала, хотя, казалось,
ехала по своей охоте.
Один раз машина
ехала очень скоро
по железной
дороге.
Недели через три Самгин сидел в почтовой бричке, ее катила
по дороге, размытой вешними водами, пара шершавых, рыженьких лошадей, механически, точно заводные игрушки, перебирая ногами.
Ехали мимо пашен, скудно покрытых всходами озими; неплодородная тверская земля усеяна каким-то щебнем, вымытым добела.
— Иноков! — вскричала Лидия. — Это — тот? Да? Он — здесь? Я его видела
по дороге из Сибири, он был матросом на пароходе, на котором я
ехала по Каме. Странный человек…
В настроении такой досады он
поехал домой, рассказав
по дороге Дронову анекдот с Фелицатой.
Он долго думал в этом направлении и, почувствовав себя настроенным воинственно, готовым к бою, хотел идти к Алине, куда прошли все, кроме Варавки, но вспомнил, что ему пора
ехать в город.
Дорогой на станцию,
по трудной, песчаной
дороге, между холмов, украшенных кривеньким сосняком, Клим Самгин незаметно утратил боевое настроение и, толкая впереди себя длинную тень свою, думал уже о том, как трудно найти себя в хаосе чужих мыслей, за которыми скрыты непонятные чувства.
Через несколько дней, прожитых в настроении мутном и раздражительном, Самгин тоже
поехал в Калужскую губернию, с неделю катался
по проселочным
дорогам, среди полей и лесов, побывал в сонных городках, физически устал и успокоился.
Со мною сели два гусара с саблями наголо, и я
поехал по большой
дороге.
Я приближался к месту моего назначения. Вокруг меня простирались печальные пустыни, пересеченные холмами и оврагами. Все покрыто было снегом. Солнце садилось. Кибитка
ехала по узкой
дороге, или точнее
по следу, проложенному крестьянскими санями. Вдруг ямщик стал посматривать в сторону и, наконец, сняв шапку, оборотился ко мне и сказал: «Барин, не прикажешь ли воротиться?»
Мы
ехали по знакомой уже
дороге рысью.
«Сохрани вас Боже! — закричал один бывалый человек, — жизнь проклянете! Я десять раз ездил
по этой
дороге и знаю этот путь как свои пять пальцев. И полверсты не проедете, бросите. Вообразите, грязь, брод; передняя лошадь ушла
по пояс в воду, а задняя еще не сошла с пригорка, или наоборот. Не то так передняя вскакивает на мост, а задняя задерживает: вы-то в каком положении в это время? Между тем придется
ехать по ущельям,
по лесу,
по тропинкам, где качка не пройдет. Мученье!»
Совершенно справедливо:
едешь ли
по железной
дороге, сидишь ли в таверне, за обедом, в театре — молчание.
По дороге идет густой лиственный лес;
едешь по узенькой, усеянной пнями тропинке.
Однако ж я
поехал с Посьетом и Мегфором, особенно когда узнал, что до фабрики надо
ехать по незнакомой мне
дороге.
Мы отлично уснули и отдохнули. Можно бы
ехать и ночью, но не было готового хлеба, надо ждать до утра, иначе нам, в числе семи человек, трудно будет продовольствоваться
по станциям на берегах Маи. Теперь предстоит
ехать шестьсот верст рекой, а потом опять сто восемьдесят верст верхом
по болотам. Есть и почтовые тарантасы, но все предпочитают
ехать верхом
по этой
дороге, а потом до Якутска на колесах, всего тысячу верст. Всего!
Когда мы стали жаловаться на
дорогу, Вандик улыбнулся и, указывая бичом на ученую партию, кротко молвил: «А капитан хотел вчера
ехать по этой
дороге ночью!» Ручейки, ничтожные накануне, раздулись так, что лошади шли
по брюхо в воде.
«Все это неправда, — возразила одна дама (тоже бывалая, потому что там других нет), — я сама
ехала в качке, и очень хорошо. Лежишь себе или сидишь; я даже вязала
дорогой. А верхом вы измучитесь
по болотам; якутские седла мерзкие…»
— «Что ж не выменял?» — «Не отдают; да не уйдет она от меня!» Эти шесть миль, которые мы
ехали с доктором, большею частью
по побочным
дорогам, были истинным истязанием, несмотря на живописные овраги и холмы:
дорогу размыло дождем, так что
по горам образовались глубокие рытвины, и экипажи наши не катились, а перескакивали через них.
Вы
едете вблизи деревьев, третесь о них ногами, ветви хлещут в лицо, лошадь ваша то прыгает в яму и выскакивает стремительно на кочку, то останавливается в недоумении перед лежащим
по дороге бревном, наконец перескочит и через него и очутится опять в топкой яме.
Я понял, что меня обманули в мою пользу, за что в
дороге потом благодарил не раз, молча сел на лошадь и молча
поехал по крутой тропинке в гору.
— «Что они делают, чем их занимают?» — «А дорогу-то,
по которой вы
едете, — сказал мистер Бен, — кто ж делает, как не они?
Дорогу эту можно назвать прекрасною для верховой езды, но только не в грязь. Мы легко сделали тридцать восемь верст и слезали всего два раза, один раз у самого Аяна, завтракали и простились с Ч. и Ф., провожавшими нас, в другой раз на половине
дороги полежали на траве у мостика, а потом уже
ехали безостановочно. Но тоска: якут-проводник, едущий впереди, ни слова не знает по-русски, пустыня тоже молчит, под конец и мы замолчали и часов в семь вечера молча доехали до юрты, где и ночевали.
«Как же вы в новое место
поедете? — спросил я, — на чем? чем будете питаться? где останавливаться?
По этой
дороге, вероятно, поварен нет…» — «Да, трудно; но ведь это только в первый раз, — возразил он, — а во второй уж легче».
Славное это местечко Винберг! Это большой парк с веселыми, небольшими дачами. Вы
едете по аллеям, между дубами, каштанами, тополями. Домики едва выглядывают из гущи садов и цветников. Это все летние жилища горожан, большею частью англичан-негоциантов.
Дорога превосходная, воздух отрадный; сквозь деревья мелькают вдали пейзажи гор, фермы. Особенно хороша Констанская гора, вся покрытая виноградниками, с фермами, дачами у подошвы. Мы быстро катились
по дороге.
Я не уехал ни на другой, ни на третий день.
Дорогой на болотах и на реке Мае, едучи верхом и в лодке, при легких утренних морозах, я простудил ноги. На третий день
по приезде в Якутск они распухли. Доктор сказал, что водой
по Лене мне
ехать нельзя, что надо подождать, пока пройдет опухоль.
Остальная
дорога до станции была отличная. Мы у речки, на мшистой почве, в лесу, напились чаю, потом
ехали почти
по шоссе,
по прекрасной сосновой, березовой и еловой аллее. Встретили красивый каскад и груды причудливо разбросанных как будто взрывом зеленоватых камней.
Он советовал нам
ехать по другой
дороге, где в одном месте растет несколько камфарных деревьев, довольно редких здесь.
Но прочь романтизм, и лес тоже! Замечу только на случай, если вы
поедете по этой
дороге, что лес этот находится между Крестовской и Поледуевской станциями. Но через лес не настоящая
дорога:
по ней ездят, когда нет
дороги по Лене, то есть когда выпадают глубокие снега, аршина на полтора, и когда проступает снизу, от тяжести снега, вода из-под льда, которую здесь называют черной водой.
Солнце уже садилось, когда мы
поехали дальше, к Устеру,
по одной, еще не конченной
дороге.
По холмам,
по прекрасной
дороге, в прекрасную погоду мы весело
ехали дальше.
На другой день
поехали наперерез и,
по счастью, встретили
по дороге пастуха. Стали его спрашивать, кто он таков и зачем
по пустым местам шатается, и нет ли в том шатании умысла. Пастух сначала оробел, но потом во всем повинился. Тогда его обыскали и нашли хлеба ломоть небольшой да лоскуток от онуч.
Между тем Амалия Штокфиш распоряжалась: назначила с мещан
по алтыну с каждого двора, с купцов же
по фунту чаю да
по голове сахару
по большой. Потом
поехала в казармы и из собственных рук поднесла солдатам
по чарке водки и
по куску пирога. Возвращаясь домой, она встретила на
дороге помощника градоначальника и стряпчего, которые гнали хворостиной гусей с луга.
Да, вот было и позабыл самое главное: как будете, господа,
ехать ко мне, то прямехонько берите путь
по столбовой
дороге на Диканьку.
— «А вследствие того, приказываю тебе сей же час женить твоего сына, Левка Макогоненка, на козачке из вашего же села, Ганне Петрыченковой, а также починить мосты на столбовой
дороге и не давать обывательских лошадей без моего ведома судовым паничам, хотя бы они
ехали прямо из казенной палаты. Если же,
по приезде моем, найду оное приказание мое не приведенным в исполнение, то тебя одного потребую к ответу. Комиссар, отставной поручик Козьма Деркач-Дришпановский».